Дмитрий Закон


Интервью для газеты "Мир Новостей"

Для читателей фамилия Закон скажет не больше, чем слово "конституция". Но в шоу-бизнесе Дмитрий Закон - личность, мало сказать, известная - знаковая. Как знак качества. На заре "эпохи ВИА", начинал как клавишник ("Шестеро молодых", "Лейся песня"). Выступал вместе с Высоцким и Дином Ридом. Затем - профессиональный продюсер и промоутер. Стоял у истоков "Театра Аллы Пугачевой". С начала 90-х организатор большинства гастролей самых ярких звезд нашей эстрады на западе, а зарубежных "суперстар" - в России. Работал с Леонтьевым, Долиной, Шуфутинским, Киркоровым, Малининым, Хазановым, группами "Диалог", "На-на", "Автограф"... В течение многих лет промоутер легендарной "Бони M". В 1999 году воскресил ВИА "Лейся песня", для международного размаха добавив к известной марке - "international".

Папа сломал об мою голову смычок ученика Гварнери

- Дмитрий, ваша фамилия уж очень смахивает на сценический псевдоним.
- Многие уверены, что это вообще криминальная кличка. Но я родился Законом, и все мои предки - Законы. Хотя происхождение фамилии довольно туманное. У нас и шведы, и чехи, и евреи, и русские в роду.

- К корню "закон" имеет отношение?
- Думаю, что нет. Несколько лет назад я через Интернет нашел многих однофамильцев в Америке и во Франции. Между прочим, выяснилось, что один из Законов является чуть ли не основателем Интернета. А вот в России однофамильцев я практически не встречал. Но прикольных историй, связанных с моей фамилией, великое множество. Например, моя жена юрист по образованию и я хотел, чтобы она стала прокурором. Звучало бы красиво: "прокурор Закон". "Убийца получил "вышку" от Закона". Не получилось. В начале девяностых она вместе со мной работала в "Театре Пугачевой". Когда представлялась: "Я юрист Закон от Пугачевой", все невольно напрягались. Кстати, часто помогало. Еще была смешная история. В начале 80-х у меня был друг из Сочи Толик Владыка. С ним также дружил Игорь Крутой. Как-то Игорь позвонил мне и попросил подъехать к Игорю Гранову (художественный руководитель ВИА "Голубые гитары") и что-то конфиденциально ему передать. Я был занят и попросил об этом свою жену. Подъезжает моя супруга к Гранову, а там очень много народа, отзывает его в сторону и шепчет на ушко: "Я - Закон. От Владыки и Крутого..." Гранов, которого, видимо, заранее не предупредили, очень перепугался, и долго не мог понять, в чем дело.

- Насколько я знаю, ваш папа - известный скрипач, сокурсник Ойстраха, играл в оркестре Большого театра и преподавал в московской консерватории, мама - пианистка, вела оперный класс.
- Именно так. Поэтому, сами понимаете, у меня было мало вариантов для развития карьеры... Примерно с трех лет папа начал учить меня игре на скрипке, но тщетно. После того как он сломал об мою голову дорогущий смычок мастера Джальбертини, ученика Гварнери, меня сразу отдали в музыкалку - в класс фано. Было это уже в городе Горьком, где папе предложили вести кафедру. В итоге я получил приличное классическое музыкальное образование. Но поскольку сам я в то время больше тяготел к джазу, а нам запрещали играть неклассическую музыку (было это в начале 60-х), мы с друзьями ночами запирались в подвалах и играли, импровизировали. Вскоре я создал ансамбль под названием "Второе дыхание", который играл на танцах в самом престижном горьковском парке "Швейцария" и сразу стал ВИА №1 в городе. Помню, я в неделю зарабатывал больше, чем папа с мамой вместе за месяц, хотя они пахали как проклятые, совмещая все, что можно. Наверное, это тоже повлияло на то, что классическая музыка обошла меня стороной.

Эстрада не дала мне заняться корововодством

- Как вы оказались на так называемой "большой" эстраде?
- Во время горьковских гастролей Майи Кристалинской меня попросили разок подменить ее заболевшего пианиста. В результате я проехал с ней целое турне. Потом я оказался в Краснодаре - в ВИА "Ива". Это был ансамбль а-ля "Песняры", только кубанского разлива - то есть пели в основном репертуар кубанского казачьего хора, стилизованный, с костюмами. Была безумно интересная работа! Проработал я там года два, получил квартиру на улице Красной, и хотел было жениться на дочке председателя какой-то станицы, заняться корововодством.

- И тут жизнь преподнесла сюрприз...
- Году в 75-ом приехал мой знакомый: "Дима, срочно бросай своих коров! Есть такой крутой ансамбль - "Шестеро молодых". И есть такой супер администратор Вилен Дарчиев: Тебя ждут". И я поехал на переговоры к Дарчиеву в Ленинград.

- Что значит суперадминистратор?
- Позже я узнал, что Дарчиев - бывший артист разговорного жанра, он даже снимался в фильме "Хаджа Насреддин"... Но по тем временам это был, наверное, настоящий мафиози - в хорошем смысле слова. Это был человек, который, казалось, мог все. Первое, что меня потрясло: захожу, меня встречает человек в белоснежном костюме, весь набриолиненный, в дорогих кольцах. Потом оказалось, что это... рабочий сцены. Один только вид "простого конферансье" (как Дарчиев числился по документам) впечатлял: одет с "иголочки", весь в бриллиантах, в золотых цепях и крестах, охранники-амбалы кругом ходят... Помню, деньги он при мне выдавал, не считая, по весу. Разумеется, все это произвело впечатление. Разговор закончился тем, что через 20 дней мы должны были приехать в какой-то город и начать работать под маркой ВИА "Шестеро молодых". Мы приехали и стали работать. Фишка была в том, что впереди стояли шестеро солистов, а за ними еще человек двадцать. Как большой симфонический оркестр. Самое удивительное, что своего репертуара у нас вообще не было: первое отделение мы пели самые известные песни советских композиторов, а второе - фирму. Но народ валом валил.

- Из ныне известных музыкантов в том составе кто-нибудь был?
- Да все сегодня известные! Коля Расторгуев, Валера Кипелов, Саша Кальянов, Татьяна Маркова... Дело в ансамбле было поставлено так: Дарчиев практически безвыездно сидел в Москве (у него была штаб-квартира на Петровско-Разумовской) и мастерски рулил процессом, а мы, как проклятые, чесали по всей стране. В месяц бывало по 70-80 концертов. Помню, на БАМе давали и по 11 концертов в день. И график был расписан на 6-7 месяцев вперед. Я, как "бригадир", регулярно привозил Дарчиеву денежку - наличные. Его гениальность заключалась еще и в том, что он из любой филармонии мог вытащить наличные деньги, что по тем временам можно было сделать только с помощью какой-нибудь фантастической комбинации. Его связи были безграничны.

- Закон понимал тогда, что это чистой воды криминал?
- Очень смутно. Я это понял через четыре года, когда три дня просидел в Бутырке по делу директора Театра эстрады Владимирова. Дарчиева тоже арестовали и посадили, официально якобы за то, что он, получая ставку конферансье, не выходил на сцену и давал взятки Владимирову. Нас всех долго таскали на допросы и очные ставки на Петровку, 38. Судя по всему, Дарчиев кому-то перешел дорогу, и его довольно красиво подставили. Человек, которого я считаю своим учителем в плане администрирования, погиб в середине 80-х в уфимской тюрьме при невыясненных обстоятельствах...

- А много было в то время таких "гениальных комбинаторов" -организаторов полулегальных концертов?
- Единицы. Я их могу по пальцам пересчитать. Был Василий Васильевич Кондаков (знаменитый "Вась-Вась"), был Гера Спектр и в Росконцерте был Феликс Кац, который координировал все гастроли - кого куда. Страна жила по одним законам, а эти люди - по своим. От одного их слова зависело, приедет в конкретный город конкретный артист, эстрадный коллектив или нет. Попасть под их опеку было чрезвычайно сложно, но если попадали, считайте, что вы в шоколаде. Зато если люди вырывались из-под их влияния (а такое редко, но бывало), этим выскочкам кислород перекрывали навсегда. Возьмите пример с Вадимом Мулерманом. Он дал показания против одного из директоров филармонии, и этим подписал себе "смертный" приговор. На этом его карьера мигом "пошла под откос".

- Дмитрий, как получилось, что вы оставили "клавиши" и стали сначала директором ВИА "Лейся песня", группы "Диалог", а со временем прославились как удачливый продюсер и промоутер?
- Если честно, то жизнь заставляла. И началось все это не с "Лейся песни". Еще в начале 70-х каким-то ветром меня занесло во Владимирскую филармонию. Там у нас был ансамбль "Романтики" и певица Рита Григорова из Болгарии. Это была такая смешная полуафера, потому что все мы тоже косили под болгар - на афишах писали "Впервые! Гастроли в СССР". В то время на Дальний Восток иностранцев вообще не пускали, вот мы в основном туда и катались, как друзья-болгары. Я был руководитель ВИА "Димитр Законов" и говорил "отшень плохо русски". Доходило до того, что я интервью давал на "болгарском" языке, хотя в болгарском ни бум-бум.

- Что же вы говорили?
- "Мне отшень нравится вашей страна, я отшень лублю ваш композитор Александр Пахмутов. Сейчас мы сыграем наш подарок - ее песен "Нежност"... А по-настоящему серьезно я стал заниматься администрированием в "Лейся песне".

- Кстати, как вы там оказались?
- Из "Шестеро молодых" мы ушли всем коллективом, когда Вилен Дарчиев еще не сидел. Во время Олимпийских игр 80 мы долгое время не могли получить деньги за концерты. Я пришел поговорить от имени коллектива, мы поругались и расстались. Он набрал другой коллектив, куда, кстати, входил даже Саша Розенбаум. А все мы перешли в "Лейся песню" и стали петь их репертуар. И отказаться от игры на клавишах, заняться чисто администраторской работой мне пришлось вынужденно.

- Почему?
- После той железной дисциплины, которая была в прежнем коллективе, атмосфера в "Лейся песне" мне показалась настолько непрофессиональной, как заводская самодеятельность какая-то. Выйти на сцену с бодуна, или вообще еле держась за микрофонную стойку, было не то что нормой, но, скажем так, имело место.

- Но стадионы-то были битком!
- Битком. Но надо было сделать так, чтобы коллектив функционировал правильно. В "Шестеро молодых" было безумно строго - минута опоздания каралась приличным денежным штрафом, две минуты - двойной штраф. Если музыкант опаздывал на пять - машина уезжала, самолет улетал, и если ты сам не успевал к концерту - санкции были вплоть до отчисления. В "ЛП" же все было настолько фривольно. Поэтому я взял инициативу в свои руки, а на мое место мы взяли другого клавишника.

Как наши девушки Демиса Руссоса соблазнили

- Расскажите, как проходили гастроли?
- Все поездки были похожи - почти один к одному. Приезжали в город, организовывали культурный отдых (с девочками, естественно), вечером два-три концерта, выпили, закусили. И поехали дальше.

- Девочек брали из числа фанаток?
- У нас были люди, которые за это отвечали. Например, в "Шестеро молодых" и "Лейся песне" главным по "сексуальным" вопросам был Кальян Иванович. Кстати, его история заслуживает отдельного описания. Тогда в ВИА "Шестеро молодых" работали духовики из Брянска. Они и сказали, что на Брянском радиозаводе работает некто Саша по прозвищу Жофрэ (из-за того, что сильно хромает), который очень лихо разбирается в аппаратуре, сам соорудил концертные колонки, пульт, по вечерам играет в местном кабаке. Мол, хорошо бы его к нам прибрать вместе с его аппаратиком. Мы приехали в Брянск, встретились. Зовем его на гастроли. Он отвечает: "Да вы что, ребят! Я в шесть утра встал, у станка на заводике смену отстоял, норму выполняю. Вечерком меня дома собачка ждет. В кабачке играю, пою и счастлив. Какие гастроли?" Короче, уломали его взять отпуск и попробовать месячишко поездить с нами звукорежиссером. Дали мы ему более солидное прозвище "Кальян Иваныч". Начали гастролировать. Через неделю он заводике и думать забыл. А вскоре у него прорезались недюжинные способности в другой области. Это теперь он "известный исполнитель русского шансона Александр Кальянов". А в то время он девочек всем нам поставлял.

- Технически как это происходило?
- Он звонил на телефонную станцию того города, где мы гастролировали. Приглашал телефонисток прийти к нам на концерт и взять побольше симпатичных подружек. Ну, те и приходили...

- Вдруг "крокодилы"?
- Исключено. Система Кальян Иваныча работала безотказно - даже не припомню ни одного прокола. Причем частенько делалось это красиво - с размахом. Обычно в Москве мы останавливались в гостинице "Балчуг". И помню, однажды нас поселили в огромный "люкс" с шикарным белым роялем. И вот Кальян Иванович, как обычно, привел в гостиницу очередную партию барышень, сказав им при этом: "Сейчас я вас познакомлю с самим маэстро Демисом Руссосом!" И объяснил популярно, мол, Демис приехал в Москву инкогнито - никто об этом не знает. Он с дороги сильно устал, поэтому не нужно лишних сантиментов - зайти, поздороваться и сразу в койку. Заводит в конец ошалевших девиц в мой "люкс", я сижу за роялем в огромной широкополой шляпе из реквизита и борода тогда у меня очень соответствовала. Кальян Иваныч бормочет что-то типа: "Си-си, маэстро!"

- Дальше по сценарию?
- Ну, естественно! Самое удивительное, что они до последнего думали, что я настоящий Демис Руссос. И наверное, до сих пор всем рассказывают, от кого у них такие музыкальные дети.

- Словом, от любви поклонниц вы не страдали?
- Однажды Коля Расторгуев сильно пострадал. Был большой сольный концерт во Дворце офицеров в Ленинграде. Выходим в белоснежных костюмах. Спели первую песню, вторую. Дальше каждый из солистов должен исполнить по одной "своей" коронке. Первым поет Коля - зал рукоплещет. И в этот момент на сцену прорывается девушка с букетом цветов. Несколько цветочков падают на пол и Коля, как интеллигентный человек, наклоняется, чтобы поднять, поднимает голову... И вдруг мы видим, что вся его кудрявая шевелюра представляет собой сплошное кровавое месиво, алые струйки стекают прямо на белый костюм. "Убили, что ли?!" А девушка... цок-цок-цок, и была такова. Все в шоке. Зал притих. Остановили концерт - все бросились за кулисы...

- И что оказалось?
- Оказалось, что отвергнутая Колей поклонница решила отомстить. Смешала в банке клей "БФ" с масляной красной краской. И пока он поднимал цветы, выллеснула содержимое банки ему на голову. Пришлось в итоге брить Расторгуева наголо. А самое обидное, что только что сшитый белый костюм пострадал.

С Высоцким мы чуть не подрались из-за расстроенной гитары

- Как вы оказались в совместных концертах с Владимиром Высоцким?
- Эти гастроли "Шестеро молодых" плюс Высоцкий" придумал и проворачивал "Вась-Вась" Кондаков в 1978 году. Мы играли первое отделение, а во втором выходил Высоцкий. Ездили таким составом по всем городам и весям. У нас было по пять концертов в день - два утренних в университетах и три вечерних во Дворцах спорта. Иногда он улетал на день-два в Москву, отыгрывал там спектакль, а мы все это время ждали его в гостинице. Он прилетал, и пошло-поехало дальше.

- Общались?
- Довольно плотно. У меня с ним даже серьезный конфликт получился. Саша Кальянов где-то написал, что мы с Высоцким дрались, но это неправда. Конфликт был чисто музыкальный. По сценарию он должен был петь три первые песни ("Парус", "Кони привередливые" и, кажется, "Баньку") под наш аккомпанемент. Мы специально сделали аранжировку а-ля Высоцкий с оркестром", все отрепетировали. А он выходил и начинал играть и петь, как будто нас и нет. У нас же "дудки", им тяжело на тон или полтора вверх-вниз, а он, судя по всему, не придавал этому принципиального значения. Бывало, весь первый куплет мы "бегали", пытаясь поймать его тональность. Разумеется, нам обидно было выглядеть со стороны какими-то халтурщиками. А конфликт возник из-за того, что несколько раз перед концертом я пытался взять его гитару и настроить нормально - она же у него, как правило, была расстроенная. Ему не понравилось, что трогают "его инструмент". Поорали друг на друга, потом помирились. И все.

- Выпивали после концертов?
- Естественно. И в гостинице и на площадке. У нас даже был специальный человек - рабочий сцены, в обязанность которого входило каждое утро покупать специально для Высоцкого бутылочку коньяка. Она стояла в гримерке и в течение дня Володя ее через трубочку по глоточку выпивал. Такого, чтобы он напивался или был неадекватен, никогда не было. Хотя мы провели вместе в разъездах несколько месяцев.

- Как проводили свободное время?
- Мы часто собирались у Высоцкого в гримерке. Он очень много показывал нам из "неизданного" - зарисовки, которых я с тех пор вообще больше нигде не слышал. Честно говоря, я не поклонник этого жанра, но все равно цепляло, особенно тексты. И его монологи-рассказы со сцены было слушать безумно интересно. Еще помню, постоянно приходил человек в штатском, который заранее предупреждал: "Володя, сегодня поосторожнее с репертуаром - в зале будут проверяющие. Вот это можно спеть, а вот это нет:" Он очень тяжело переживал, тем более, что эти "проверяющие" ходили почти на все концерты.

- Кальян Иваныч для него тоже старался?
- Было дело. Правда, один раз Марина Влади приезжала, поэтому было нельзя. А так... К тому же вы знаете, что телефонистки службы "07" - его слабое место. Параллельно у него был серьезный роман с нашей солисткой Мариной Школьник - совсем молоденькой и очень симпатичной. Не буду рассказывать подробности, но тогда об их отношениях у нас в ансамбле знали все. Хотите, расспросите об этом ее лично - она после многих лет работы за границей вернулась и живет в Москве.

Юра Антонов был официальным советским миллионером

- Ваше мнение, уровень музыкантов ВИА 70-х был достаточно высок? Я имею в виду профессионализм.
- Я считаю, что он был на несколько голов выше и круче, чем сегодня. Во-первых, все они имели музыкальное образование, что называется, "дружили" с музыкой и у них хотя бы со слухом было все в порядке. Во-вторых, не забывайте, чтобы дать три-четыре концерта - надо было всем задолго приехать на площадку, все отрепетировать, выстроить звук, отыграть и отпеть все "живьем". А на сегодняшний день многие даже не представляют, как это делается.

- Бывший главный солист "Лейся песни" Влад Андрианов рассказывал как он на спор на ящик коньяка спел на октаву ниже весь свой сольный концерт. Такое было реально?
- Конечно, мы часто шутили. И так называемые "зеленые" концерты были доброй традицией.

- Что это такое?
- Когда гастроли заканчивались, последний концерт назывался "зеленым". На нем все друг друга разыгрывали - кто во что горазд. В "Лейся песне", например, "дудки" (духовики) были большие мастера этого жанра. Бывало, как что-нибудь отчебучат, мы все за сценой ну просто лежали в покате. Помню, например, Боря Платонов пел песню "Птица печали". Ребята специально какую-то огромную деревянную птицу нашли за кулисами. Он так трогательно поет, падает на колени, а сзади спущенное на веревке порхает это здоровенное чудище, хлопает крыльями. Весь зал угорал.

- Что можете сказать о знаменитых худсоветах, музыкальной цензуре тех лет?
- Худсоветы проходили так. На какой-нибудь базе собирались известные советские композиторы - самый молодой от 70 лет. Для них накрывалась полянка. Они выпивали, закусывали, потом усаживались в зале, игралась программа. Для ВИА, где я выступал, цензуры как таковой не было, потому что мы пели в основном песни членов Союза композиторов СССР, а там все "члены" были проверенные системой. Да и потом от количества наших концертов с их песнями напрямую зависел их заработок. После каждой поездки заполнялись рапортички (я за свою жизнь переписал их жуткое количество), куда вписывалось название песни, автор музыки, автор текста, проставлялось количество исполняемых раз в концерте в каждом городе и сдавалось все в филармонию.

- И оттуда по пять копеек падало на счет авторов.
- Не знаю как на счет пяти копеек, но помню, как в конце 70-х Юра Антонов показывал мне свою сберкнижку, где официально лежало... два миллиона рублей. А доллар тогда официально стоил менее 80 копеек.

- На что в те годы можно было потратить большие деньги?
- Это правда - деньги толком потратить была проблема. Но при желании можно. Например, я один из первых в СССР купил "Родеспьяно" (?) - механический клавишный инструмент с потрясающим звуком, о котором мечтал всю жизнь. Если "Волга" в то время стоила 6 тысяч рублей, за инструмент я заплатил 10 тысяч. Еще мы с Володей Пресняковым-старшим одними из первых в стране еще в 70-е годы вскладчину купили настоящий синтезатор.

- Нужно было скрывать свои доходы?
- Не помню такой проблемы. Ну, считайте, мы тогда получали за концерт от 25 рублей (два отделения, лауреатство, бригадирские, совмещение инструментов плюс суточные - набегало). Умножьте это на 30-40 концертов в месяц. 9 тысяч в месяц!

За Театром Аллы Пугачевой стояла "бриллиантовая мафия"

- Как и когда вы начали работать с Аллой Пугачевой?
- Вообще-то мы были знакомы давно. Пересекались на концертах, да и в компаниях частенько встречались. После того, как "Лейся песню" "зарубил" худсовет, все музыканты разошлись по разным ВИА, многие перешли работать к Пугачевой. А я стал директором-продюсером группы "Диалог". Году в 88-м Алла пригласила "Диалог" к себе. И мы стали работать при театре Пугачевой. А потом интернациональная фирма "Сиабеко групп (Канада-Швейцария-Гонконг), которую возглавляет небезызвестный Борис Бирнштейн, и Театр песни Аллы Пугачевой организовали фирму "САВ интертеймент". Расшифровывается как "Сиабеко" - Алла - Всегда".

- Та самая скандально известная фирма "Сиабеко"? Так называемая "бриллиантовая мафия"?
- (Смеется.) Да, которой приписывают развал Советского Союза. Насколько я знаю, Бирнштейн в шоу-бизнесе ничего не понимал, но ему сказали, что это интересно и прибыльно. Сохранились фотографии - Бирнштейн с Аллой подписывают контракт, а тогдашний муж Пугачевой Женя Болдин, Саша Малинин и я сидим с шампанским. В задачу "САВ" входила организация всемирных турне с участием лучших советских, канадских, американских и английских "рок-групп". Надя Соловьева, Женя Болдин (который был директором Театра) и я занимались гастрольной деятельностью.

- А что собой в то время представлял Театр песни Аллы Пугачевой?
- Туда входила группа "А-студио", Маша Распутина, Саша Малинин, Киркоров приходил-уходил (что-то его все время выгоняли), многие молодые таланты.

- Я правильно понял, фирма "САВ интертеймент" создавалась как конкурент и альтернатива Госконцерту?
- По идее - да, но на деле Госконцерт полноценно конкурировать с нами не мог. Если министерские чиновники привыкли забирать у артистов всю выручку и "бросать кость" в виде суточных, то мы могли предложить артистам значительное количество денег. В те годы я уже вывозил в Европу Ларису Долину и "делал" юбилей Эйфелевой башни в Париже, возил Аллу в Швейцарию на какие-то рок-фестивали, сюда приезжали многие звезды зарубежной эстрады, например, Риккардо Фольи, Си.Си. Кетч, Эквадро, Патрисия Каас... Ну и "родной" "Диалог", естественно, не забывал - мы катались в двух-, трехмесячное турне по Скандинавии, участвовали в передаче "Лестница Якоба" в Стокгольме... Кстати, эти поездки "Диалога" и стали камнем преткновения в наших с Аллой отношениях. Это закончилось конфликтом, после которого я уволился.

- Конкретно из-за чего разругались?
- Она "наехала" на меня на каком-то собрании. Наверное, встала не с той ноги. Я послушал, потом встал и ушел, хлопнув дверью. За мной еще 20 человек ушло. Я перешел к Крутому.

- Крутой тогда уже был крутой?
- Тогда еще только по паспорту. Но начиналось зарождение АРСа. Мы начали работать от АРСа и до сих пор, по-моему, моя трудовая книжка там лежит. А потом я подружился в Испании с продюсером американо-немецкой группы, которая играла такой заумный джаз-рок, и мы стали какие-то проекты вместе придумывать. Меня это настолько захватило, что я переехал на ПМЖ в Германию и вскоре полностью ушел с головой в собственные проекты. За эти 14 лет, что я проживаю в Германии, я свою филармонию открыл, раскрутил порядка 15-16 разных проектов. И уже там, на местном рынке, провез по гастролям всех, кого здесь считают звездами, - Пугачеву, Киркорова, Леонтьева, Шуфутинского...

- То есть вы помирились с Аллой Борисовной?
- Примерно через три года. Она приезжала ко мне с Филей накануне свадьбы, спрашивала: "Ну и как мы смотримся? Мы зашли в магазин, Филя выбирал какие-то костюмчики, а мы с Аллой стояли, о чем-то разговаривали. Он примерит, выйдет: "Ну и как?" Она: "Говно! Давай меряй другое!" Через какое-то время подходит к нам продавец и сочувственно так говорит: "А ребенок у вас какой капризный!"

Как "Бони M" брали в заложники и спасали водкой от 50-градусного якутского мороза

- Говорят, что благодаря вам знаменитая группа "Бони М" обрела в России чуть ли не вторую родину.
- "Бони М" я стал возить сюда, когда стал их российским промоутером. Дело в том, что в 1989 году создатель и композитор группы Фрэнк Фариан занялся другими проектами, а все права на название официально (я при этом присутствовал) передал солистке Лиз Митчелл, которая собственно и была лицом и "голосом" группы. Ведь до этого было так: Лиз пела все вокальные партии, бэк-вокалистки ей подпевали, Бобби Фарэл и еще две танцовщицы танцевали, а сам Фариан басом все мужские партии "крякал". После развала группы Лиз Митчелл набрала новый состав - взяла двух солисток, которые довольно равнозначно с ней живьем поют и одного парня, который поет и танцует. Я заключил контракт с ее мужем (он - президент их лондонской компании), согласно которому я представлял их интересы на всех русскоязычных территориях. В рамках этого контракта я в 1991 году организовал их первый гастрольный тур по России после знаменитого 1977 года. Только в Москве в концертном зале "Россия" пять концертов аншлаговых дали. В Питере в "Юбилейном... В начале 90-х "Бони М" просто не вылезали отсюда. Мы прокатились даже по Якутии, Дальнему Востоку, Сибири, Поволжью...

- Они вам рассказали, что такое "бони мэ"?
- Я спрашивал, но, оказывается, этого вообще никто не знает до сих пор, в том числе и они сами. Есть версия, что "бонна" на наречии австралийских аборигенов означает "кость". Короче, набор слов, букв и танцевальных движений...

- Им знакомы такие понятия, как "звездная болезнь"?
- Да в том-то и дело, что нет! Несмотря на то, что они всемирно известные артисты, с ними намного проще, чем с некоторыми нашими, о которых завтра, может, никто и не вспомнит. Простой пример. Однажды они вдруг сделали мне "русский сюрприз" - прилетели ко мне на день рожденья, который я отмечал в Германии.

- Насколько я знаю, они живут в Англии, в Оксфорде.
- Да. Но прилетели ко мне на день рожденья вообще из Америки, отменив все свои текущие дела - специально для того, чтобы сделать мне приятно. И им это удалось. Вышли, спели песни, посвященные мне. Это дорогого стоит. Я должен сказать, что я в своей жизни много видел артистов любого калибра - и звезд и суперзвезд. Но эти люди настолько классные, приятные, человечные, да работать с ними просто одно удовольствие. И это несмотря на то, что приключений на их долю в России выпало не мало.

- Например.
- Помню, однажды мы прилетели в Якутию, в Нерюнгри, когда там было минус 50 с чем-то градусов. Спускаемся по трапу, подгоняют крошечный автобус типа Пазика. Они говорят: "Мы на следующем поедем!" Автобус и уехал. А "следующего" автобуса в этих местах просто не существует. Нас выгнали из самолета и мы шли пешком по летному полю - они все без шапок и в "картонных" летних ботиночках. Пока мы дошли до здания аэропорта, все, конечно, были просто "готовы". Можете себе представить - негры в Якутии в 55 градусов мороза практически голышом?! В общем мне пришлось купить всем по бутылке водки, по военному бушлату и паре валенок. Только это спасло.

- Освоили исконно русский напиток?
- У них все строго. До работы немножко - для тонуса. Только после выступления, да и то изредка, расслаблялись, не нарушая русских традиций. Но при этом они в любом состоянии, словом, это никогда не помешало работе. Один раз в Татарии- это было в середине 90-х - их вообще взяли в заложники. Не по их вине случилась накладка и группа прилетела на концерт, когда публика уже разошлась. А этот концерт субсидировали местные бандиты. Они заперли Лиз и всех остальных в каком-то сарае и стали требовать денег. Меня в той поездке не было, и я прямо из Германии руководил их освобождением. Переговоры были очень сложные.

- Почти как у Черномырдина с Басаевым.
- Да-да-да. В конце концов нашли крайнего и посадили вместо Бони М. По-моему, они сами так и не поняли, что произошло. А еще смешной был случай в Израиле, в Хайфе. Мы приехали давать концерт как раз в самый разгар военных действий. Слышу, передают по радио: "Всем срочно в бомбоубежище, потому что сейчас будут с палестинской стороны усиленно бомбить!" И тут такой "град" начался, просто смертоубийство. Они у меня спрашивают: "А что это такое гремит, сверкает, какие-то штуки летают?" "А это, - отвечаю, - салют в вашу честь!" Они так радостно заулыбались!

Крутой с Законом познакомились... в тюрьме

- У Закона когда-нибудь были проблемы с законом?
- Могу озвучить такую историю. Правда, Алла просила ее никогда в жизни не рассказывать. Но будем считать, что "за давностью лет"... Они с Филей и с их тогдашним директором приехали на шоппинг ко мне в Германию. Я их утром отвез на главную улицу во Франкфурте, мы договорились: как только они накупят всего, что нужно, позвонят мне, и я их заберу. Вдруг в полдень у меня в офисе раздается звонок из полиции: "Фрау Пугачеффа и герр Киркорофф - ваши клиенты?" "Да, -говорю. -А в чем дело?" Они: мол, разговор не телефонный, срочно приезжайте в полицейский участок. Подъезжаю и наблюдаю картину: огромная клетка, в которой кого только нет - какие-то негры с синяками, проститутки, наркоманы, бомжи... И сидят трое голубчиков в наручниках: Пугачева, Филипп и Непомнящий. Алла, конечно, молча не сидела - высказывалась по полной: так вас растак!!! Я офицеру говорю: "Да вы что! Это же рашн суперстар!!! Ноль внимания. Стал разбираться - мне толком никто ничего объяснить не может. Преступники и все! Они так и просидели до глубокой темноты, я им через решетку бутерброды просовывал. А случилось следующее. Алла зашла в магазин, набрала там шмоток на кругленькую сумму, а когда стала рассчитываться, продавщица нажала на педаль вызова секьюрити. Ее тут же вместе со спутниками скрутили, отволокли в "немецкий воронок" и отправили в обезьянник. Полиция выехала в гостиницу, где они проживали, перевернули все вверх тормашками, то есть сделали там обыск с пристрастием.

- Что же в итоге произошло?
- Марки, которыми она рассчитывалась, оказались фальшивыми. Незадолго до этого Пугачева гастролировала по "братской" ГДР, и там с ней по-королевски расплатились подделками. А откуда Алле знать, как выглядят и какие на ощупь немецкие деньги? Отработала, гонорар получила и тут же уехала на другие гастроли. Короче, мне все свои связи пришлось задействовать, чтобы их выпустили и дело замяли. А ведь, если честно, немцы суровы по части фальшивых денег. Могли и посадить. Это, если не ошибаюсь, был год 1989.

- Отметили освобождение из немецкого плена?
- А как же! Но Алла на этом не остановилась. На следующее утро она потребовала отвезти ее в тот же магазин, чтобы выкупить отобранные шмотки. Влетает в дверь, а навстречу хозяйка магазина в окружении всей охраны. "Вам вход в наше заведение запрещен навсегда! Вы опозорили его!"

- Сами по ту сторону решетки не оказывались?
- Один раз было дело. 1971 год. Краснодарская филармония. Я - музыкант ВИА "Ива". И был какой-то огромный сборный концерт в Краснодаре - приехали "Самоцветы", "Веселые ребята", короче, весь цвет ВИА того времени. А там была такая добрая традиция: после концерта все покупали несколько ящиков вина, какую-то закуску и собирались в зале местной филармонии, разумеется, выпивали, закусывали и играли, сколько хотели и что хотели - друг для друга. А в тот раз мы только какие-то первые бутылки открыли, начали играть, вдруг двери настежь - влетают человек двадцать милиционеров. Всех нас скрутили, заковали в наручники и - в каталажку. Как нам потом рассказывали милиционеры, позвонили жители соседних домов и сказали, что "в зале филармонии началась групповая оргия", "кого-то начали насиловать", "уже убивают"... Сидим мы в этом заведении, а с ребятами из молодого абсолютно неизвестного ВИА "Поющие юнги" из города Николаева, я даже познакомиться не успел. Решили восполнить этот пробел. Получилось очень смешно. Один юноша говорит: "Меня зовут Саша Серов". Я представился: "Дима Закон". А другого "поющего юнгу" звали... Игорь Крутой: Просидели мы до утра, потом получили по выговору по комсомольской линии. Кстати, как-то видел интервью Крутого, он так и сказал: "А вот с Димой Законом мы познакомились в тюрьме."

Все считали Меладзе провальным проектом

- Кто из наших произвел на вашей памяти наибольший фурор в Европе?
- Я могу сказать только по поводу Германии. А ведь там только официально живут 3 миллиона наших и примерно миллион неофициально. Пожалуй, Шура - превзошел всех по экстравагантности. Остальные прошли достаточно ровно.

- Часто прогорали, ошибаясь с выбором исполнителей?
- Бывало, попадал довольно прилично. Это всегда риск, безусловно, и надо все досконально просчитывать, тут надо чувствовать! Но это в далеком прошлом. Я в последние годы перестал так активно делать гастроли - придумал такую штуку. Весной это называется "Первомайские встречи", а в декабре - "Рождественские встречи". Это своеобразный праздник для всей семьи, для всех возрастов. Допустим, утром начинаются детские елки, которые плавно переходят в "Добрынин-Толкунова" (я сейчас условно называю), потом, к примеру, в "Караченцов, Кикабидзе" и так далее. "Тату", "Руки вверх"... И завершает все ночная дискотека. То есть получается огромный сборный концерт. Естественно, там в изобилие выпить, закусить, столики, шашлыки, фрукты. Я уже три года занимаюсь такими крупномасштабными мероприятиями.

- Финансовую сторону напрямую оговариваете?
- Стараюсь напрямую. Звоню: "Здрасьте. Я - Дмитрий Закон" (все они меня знают). И начинаем говорить кто что как чего. Как правило, договориться можно с любым артистом. В этом бизнесе все зависит от коммуникабельности и связей.

- Трудно уговорить, например, Аллу Борисовну?
- Если сейчас или даже год назад - я не могу гарантировать. А вот раньше, я думаю, что да. Я ей организовывал концерт в Лондоне в 1999 году. Мы договорились, она на один концерт прилетела и отработала.

- Если не секрет, какой ее гонорар был за тот концерт?
- Я не буду называть сумму, тем более, что в том случае у нас был хороший спонсор - небезызвестный бизнесмен Артем Тарасов. Могу только сказать, что был хороший большой зал, и было много народа.

- Кого вам удалось еще открыть из тех, кого все сегодня признали в шоу-бизнесе?
- Могу похвастаться, что мы с Кимом Бредбургом нашли Валерия Меладзе в судостроительном институте города Николаева. Он пел с братом, это был конец 80-х... Мы его взяли в "Диалог" солистом и он у нас год целый работал. Костя играл на клавишах, а Валера пел. Когда я стал его продюсировать, мне все говорили, что проект провальный. Первая Пугачева мне сказала, что, во-первых, с фамилией Меладзе "сразу до свиданья", а во-вторых, с таким голосом как у Стинга - это в России не пойдет никогда. Выходит, ошиблась...

- С кем из наших труднее всего было работать? Кто самый скандальный?
- У меня в этом плане больших проблем никогда не было. Даже с такими, как Моисеев, мне всегда удавалось сохранять нормальные отношения. Даже с Жанной Агузаровой, хотя она была совершенно неуправляемая девушка. Я полгода возил по стране такой состав - "Мираж", "Браво", еще какие-то иностранцы. И помню, был большой концерт в Алма-Ате, зал битком, на сцене весь состав "Браво", а Агузаровой нет. Я спрашиваю: "Где Жанна?" "Лежит в кровати и ждет, когда ты придешь". Прихожу. Она говорит: "Я не выйду на сцену, если ты мне не заплатишь двойной гонорар!" Я дал ей двойные деньги за тот концерт, как сейчас помню. Не мог не дать, потому что зрители уже сидели в зале, а она была в тот вечер...

- Мега-звезда...
- Тогда это называлось: "обезьяна". Народ собирался конкретно на кого-то одного. В данном случае на нее. И тогда же я подписал с ней такой жесткий контракт (причем, это был первый контракт в Советском Союзе, подписанный у нотариуса!), по которому я в течение шести месяцев эксплуатирую ее в хвост и в гриву. И она со скрипом, но вынуждена была его отработать, чуть на дыбы - я ей бумаги под нос.

- А с итальянцами вы работали?
- Да. Я привозил Рикардо Фольи, как певца. Кроме того, я привозил в Россию вообще всех известных певцов-итальянцев, но уже в качестве футболистов сборной Италии по футболу. И они играли в футбол с нашими "звездами" - клубом СТАРКО.

- А это чья идея?
- Вы будете смеяться, но... Был какой-то документальный фильм и там Слава Малежик как раз говорит о том, что Дима Закон придумал эту штуку. Первый наш "официальный" матч был как раз со сборной Италии. Насколько я помню, там были Эрнст Ромацотти, Джанни Моранди, Пупо, Риккардо Фольи, Тото Кутуньо.

- А у нас?
- В воротах - Давыдов, оба Преснякова, Женя Белоусов, Кузьмин, Барыкин, Саруханов, Сапунов, Сережа Челобанов, Юрка Лоза... Счет за давностью времени, не помню. Но мы их разбили.

Президенту моя "фишка" не понравилась

- Это правда, что во всем мире принято придумывать всевозможные фишки для раскрутки музыкантов?
- Конечно! И в моей продюсерской деятельности это довольно активно практиковалось. Например, у меня был суперпроект, который я сам придумал и одно время активно раскручивал. Назывался он "Ольга... Путина". Шел 2000-й год, Путин уже президент. И была девочка (на мой взгляд, небесталанная!) - немка, эмигрировавшая в Германию с нашего Поволжья. Она несколько лет проработала на Западе, пела попсу на английском языке. Самое удивительное, что она даже внешне была на редкость похожа на Владимира Владимировича. И отчество полностью соответствовало - "Владимировна". Я взял у Кима Бредбурга (это известный композитор, один из нынешних его проектов - группа "Премьер-министр") пару шикарных песен на стихи Александра Сашина, мы их записали, словом, сделали ей некий репертуарчик. Организовали несколько концертов по Германии.

- Какую "биографию" придумали?
- Подходящую. Когда она родилась, наш президент как раз служил на немецкой земле... А ей сказали, что она вообще должна либо молчать, либо завуалировано отвечать типа "меня просили на эту тему не распространяться, сами понимаете, почему..." Я позвонил Славе Добрынину: давай, мол, еще какуй-нибудь шлягер, и я привезу тебе суперпроект - закачаешься!

- Кстати, а настоящая фамилия - по паспорту?
- У нее очень красивая и не менее известная фамилия. Гетте. Ольга Владимировна Гетте. Вот совпадение!.. Когда мы прилетели в Москву, тут уже было все серьезно. Нас встретили по высшему разряду в вип-зале и сразу взяли курс не куда-нибудь, а... на Кремль. Как раз там проходил концерт, посвященный дню рожденья Добрынина. В Кремль въезжали через Боровицкие ворота. Дальше смешнее. Ее (как ПУТИНУ!) поместили в гримерную... Иосифа Кобзона. Все - с вопросом "кто такая?" - ко мне. Я молчу изо всех сил. "На эту тему вопросы задавайте не мне". И поднимал глаза к кремлевским звездам. Вышла. Спела. И все.

- А дальше?
- А дальше... мне дали понять, что "будут проблемы". Скажу так: был серьезный звонок из неких структур. Проект закрылся. А жаль - "фишка" была сильная. Эта история мне очень напомнила историю "Ласкового мая", когда Разин, раскручивал группу, представляясь "племянником Горбачева".

- Расскажите, как родилась суперидея - возродить "ЛП"?
- С ЛП получилось так. Это был 1999 год. Хэдлайнер у нас должна была быть Марина Журавлева со своим мужем Сережей Сарычевым И у нас в декабре было запланировано и продано концертов 50 по Германии - целый тур. Мы подписали контракт на эти сборные концерты, я перевел часть денег авансом. Была реклама, телевидение, газеты... И вдруг за один день до начала концертов мне звонит Марина и говорит, что им в Америке не дают визу в Германию. И надо было что-то срочно придумывать, потому что срочно выписывать кого-то из России было тоже невозможно. И приходит в голову такая идея: давайте-ка, ребята, такую штуку сделаем - напоем несколько старых песен ЛП (тем более, что полное право имеем). Так и сделали: напели 5-6 песен и стали номером в этой программе. Сначала пропускаем людей, кассируем деньги на кассе, потом надеваем костюмчики и на сцену. В "Лейся, песня int" вошли музыканты, имеющие отношение к старой ЛП и вообще к движению ВИА 80-х.

- Что пели?
- "Прощай", "Обручальное кольцо", "Где же ты была?". У нас даже ударных не было. Мы пели живьем, а инструментал шел в записи, потому что в таких больших сборных концертах не было смысла тратить время на каждое подключение аппаратуры. Так пошло поехало. 2000 год, 2001-й - так ЛП была уже засвечена и эффект пошел. И кайф тоже, потому что теперь мы уже больше пели для души, для себя. Играли-пели - хулиганили-баловались для себя. Я ведь сам с 80-го года вообще не выходил на сцену. А сейчас - ну с превеликим удовольствием.

- А до этого вы выступали как "Лейся песня"?
- Да. Я прибавил "интернейшнл". Просто на сегодняшний день это и более интересно, и нам это более соответствует - все-таки сегодня все мы живем за границей. А кроме того, сами пронимаете, у такого названия намного шире диапазон во всех смыслах. Можно сделать разные проекты - у меня много всяких планов. Например, можно набрать молодых ребят и под этим именем на базе старых песен что-то придумать. Или самим по-стариковски "старой гвардией" иногда выходить, баловаться. Почему нет?

- Как вы думаете, мода на "ретро" самих ретро музыкантов коснулась, я имею в виду ностальгию, или это чисто коммерческие дела?
- Не только коммерческие - это точно. Недавно мы ездили в Киев и встречались там - "Веселые ребята", "Песняры", "Кобза", "Синяя птица", "Надежда" и мы. Я увидел ребят, которых не видел десятки лет и честно скажу - было безумно интересно. Мы сидели ночи напролет, и наговориться не могли. Какой там сон! Вспоминали... Я считаю, что было суперздорово настолько, что слов нет. Такое тонкое прикосновение к молодости.

Москва, 30 июля 2004 г.
интервью провел журналист
Андрей Колобаев

Прим. ред: В полном варианте интервью в российских газетах опубликовано не было.


ВИА "Лейся песня" История Дискография Утренняя почта
Copyright 2005 "Популярная советская песня"
Материалы предоставлены Дмитрием Законом и Андреем Колобаевым специально для размещения на сайте popsa.su